Неточные совпадения
— Да уж в работниках не будете иметь недостатку. У нас целые деревни пойдут в работы: бесхлебье такое, что и не запомним. Уж вот беда-то, что не хотите нас совсем взять, а отслужили бы верою вам, ей-богу, отслужили. У вас всякому уму
научишься, Константин Федорович. Так прикажите принять в последний раз.
В этом случае надеялся он на Андрея Семеновича и при посещении, например, Раскольникова уже
научился кое-как округлять известные фразы с чужого голоса…
Мало того, свою собственную казуистику выдумаем, у иезуитов
научимся и на время, пожалуй, и себя самих успокоим, убедим себя, что так надо, действительно надо для доброй цели.
Все улики их о двух концах, то есть их обвинения я в свою же пользу могу обратить, понимаешь? и обращу; потому я теперь
научился…
Какой-то смолоду Скворец
Так петь щеглёнком
научился,
Как будто бы щеглёнком сам родился.
Чему я там
научусь, что извлеку?
Там он
научится пьянствовать, мотать, лакомиться, не любить пашню, а больше всего он и тебя любить перестанет.
Как бы я желала это знать и
научиться от нее этому», вглядываясь в это спокойное лицо, думала Кити.
Блестящие нежностью и весельем глаза Сережи потухли и опустились под взглядом отца. Это был тот самый, давно знакомый тон, с которым отец всегда относился к нему и к которому Сережа
научился уже подделываться. Отец всегда говорил с ним — так чувствовал Сережа — как будто он обращался к какому-то воображаемому им мальчику, одному из таких, какие бывают в книжках, но совсем не похожему на Сережу. И Сережа всегда с отцом старался притвориться этим самым книжным мальчиком.
— Тебе бы так мучительно было одному, — сказала она и, подняв высоко руки, которые закрывали ее покрасневшие от удовольствия щеки, свернула на затылке косы и зашпилила их. — Нет, — продолжала она, — она не знала… Я, к счастию,
научилась многому в Содене.
Он много видел, много знал, и от него я многому
научился; например: из его рассказов узнал я, что каждое лето, перед покосом, появляется в деревнях небольшая тележка особенного вида.
Только вот что мне удивительно: всем наукам они
научились, говорят так складно, что душа умиляется, а дела-то настоящего не смыслят, даже собственной пользы не чувствуют: их же крепостной человек, приказчик, гнет их, куда хочет, словно дугу.
Бухарский царь услыхал об этом, и ему захотелось достать червей и
научиться этому делу. Он просил китайцев дать ему семян и червей и деревьев. Они отказали. Тогда бухарский царь послал сватать за себя дочь у китайского императора и велел сказать невесте, что у него всего много в царстве, нет только одного — шелковых тканей, — так чтобы она с собою потихоньку привезла семян шелковицы и червей, а то не во что ей будет наряжаться.
У китайского императора Гоангчи была любимая жена Силинчи. Император хотел, чтобы весь народ помнил его любимую царицу. Он показал жене шелковичного червя и сказал: «
Научись, что с этим червяком делать и как его водить, и тебя народ никогда не забудет».
«Последние годы жизни Анфимьевны Варвара относилась к ней очень плохо, но Анфимьевна все-таки не ушла на другое место», — напомнил он себе и подумал, что Таисья могла бы
научиться печатать на машинке Ремингтона.
— Нет, это все-таки гриб фабричный, не вдохновляет! А вот сестра жены моей
научилась грибы мариновать — знаменито!
Раньше Лютов не курил, да и теперь, очевидно, не
научился, слишком часто втягивал дым, жевал мундштук, морщился; борта его фрака были осыпаны пеплом.
— Думать-то —
научились, а поговорить — не с кем, и такой гость, как вы, конечно, для меня праздник.
Заметив, что взрослые всегда ждут от него чего-то, чего нет у других детей, Клим старался, после вечернего чая, возможно больше посидеть со взрослыми у потока слов, из которого он черпал мудрость. Внимательно слушая бесконечные споры, он хорошо
научился выхватывать слова, которые особенно царапали его слух, а потом спрашивал отца о значении этих слов. Иван Самгин с радостью объяснял, что такое мизантроп, радикал, атеист, культуртрегер, а объяснив и лаская сына, хвалил его...
— Ничего не знаете! — крикнул Диомидов. — Пророка Еноха почитали бы, у него сказано, что искусствам дочери человеческие от падших ангелов
научились, а падшие-то ангелы — кто?
«Я стал слишком мягок с нею, и вот она уже небрежна со мною. Необходимо быть строже. Необходимо овладеть ею с такою полнотой, чтоб всегда и в любую минуту настраивать ее созвучно моим желаниям. Надо
научиться понимать все, что она думает и чувствует, не расспрашивая ее. Мужчина должен поглощать женщину так, чтоб все тайные думы и ощущения ее полностью передавались ему».
Он уже
научился не только зорко подмечать в людях смешное и глупое, но искусно умел подчеркнуть недостатки одного в глазах другого.
Он завидовал Кутузову, который
научился веровать и спокойно проповедует верования свои, но завидовал и Туробоеву.
— Заветы отцов! Мой отец завещал мне: учись хорошенько, негодяй, а то выгоню, босяком будешь. Ну вот, я — учусь. Только не думаю, что здесь чему-то
научишься.
— Мы презирали материальную культуру, — выкрикивал он, и казалось, что он повторяет беззвучные слова Маркова. — Нас гораздо больше забавляло создавать мировую литературу, анархические теории, неподражаемо великолепный балет, писать стихи, бросать бомбы. Не умея жить, мы
научились забавляться… включив террор в число забав…
— Не будем спешить, Анна Антоновна. Бедность исчезнет только тогда, когда бедные
научатся разумно тратить.
— У меня маленький браунинг, — сказала она, — стрелять
научилась, но патронов осталось только три. У тебя есть браунинг?
«Она рассказывает мне эту чепуху только для того, чтоб
научиться хорошо рассказать ее другим. Или другому».
Он был по службе меня моложе, сын случайного отца, воспитан в большом свете и имел особливый случай
научиться тому, что в наше воспитание еще и не входило.
Там ты будешь на службе настоящей,
научишься дисциплине.
Лонгрен поехал в город, взял расчет, простился с товарищами и стал растить маленькую Ассоль. Пока девочка не
научилась твердо ходить, вдова жила у матроса, заменяя сиротке мать, но лишь только Ассоль перестала падать, занося ножку через порог, Лонгрен решительно объявил, что теперь он будет сам все делать для девочки, и, поблагодарив вдову за деятельное сочувствие, зажил одинокой жизнью вдовца, сосредоточив все помыслы, надежды, любовь и воспоминания на маленьком существе.
А, уж конечно, они убедились, особенно в новое время, что если б пустить иностранцев, так от них многому бы можно
научиться: жить получше, быть посведущее во всем, сильнее, богаче.
Он
научился у голландцев, из которых некоторые знают английский язык.
Пожалуй, без приготовления, да еще без воображения, без наблюдательности, без идеи, путешествие, конечно, только забава. Но счастлив, кто может и забавляться такою благородною забавой, в которой нехотя чему-нибудь да
научишься! Вот Regent-street, Oxford-street, Trafalgar-place — не живые ли это черты чужой физиономии, на которой движется современная жизнь, и не звучит ли в именах память прошедшего, повествуя на каждом шагу, как слагалась эта жизнь? Что в этой жизни схожего и что несхожего с нашей?..
Предводитель упал в обморок и вытерпел горячку, но ничего не забыл и ничему не
научился. Произошло несколько сцен, почти неприличных. Предводитель юлил, кружился и наконец, очутившись однажды с Прыщом глаз на глаз, решился.
Но и до того еще как читать
научился, помню, как в первый раз посетило меня некоторое проникновение духовное, еще восьми лет от роду.
Но в конце я тебя
научился уважать: твердо, дескать, стоит человечек.
Знай меру, знай сроки,
научись сему.
— Я давно
научился уважать в вас редкое существо, — пробормотал опять Коля, сбиваясь и путаясь. — Я слышал, вы мистик и были в монастыре. Я знаю, что вы мистик, но… это меня не остановило. Прикосновение к действительности вас излечит… С натурами, как вы, не бывает иначе.
Я в двадцать лет жизни не
научился бы столькому, сколько узнал в эту проклятую ночь!..
Они били, секли, пинали ее ногами, не зная сами за что, обратили все тело ее в синяки; наконец дошли и до высшей утонченности: в холод, в мороз запирали ее на всю ночь в отхожее место, и за то, что она не просилась ночью (как будто пятилетний ребенок, спящий своим ангельским крепким сном, еще может в эти лета
научиться проситься), — за это обмазывали ей все лицо ее калом и заставляли ее есть этот кал, и это мать, мать заставляла!
И многому я от него
научился полезному, ибо высокого ума был человек.
В эти три года аглицкому языку
научимся как самые что ни на есть англичане.
Но М. Горький остается в старом сознании, он ничему не хочет
научиться от совершающегося в мире и пребывает в старой противоположности Востока и Запада.
— Der erste Dieb im Dorfe, [Первый вор в деревне,] — по-немецки сказал управляющий. — Каждый год в лесу попадался. А ты
научись уважать чужую собственность, — сказал управляющий.
«Что это значит: не
научилась, что ли, она еще бояться и стыдиться, по природному неведению, или хитрит, притворяется? — думал он, стараясь угадать ее, — ведь я все-таки новость для нее.
Время от времени сам стал брать вожжи в руки,
научился править, плохую лошаденку сменил на бракованного рысачка, стал настоящим «пыльником», гонялся по Петербургскому шоссе от заставы до бегов, до трактира «Перепутье», где собирались часа за два до бегов второсортные спортсмены, так же как и он, пылившие в таких же шарабанчиках и в трактире обсуждавшие шансы лошадей, а их кучера сидели на шарабанах и ждали своих хозяев.
Чувствую, что, если бы я подольше походил с Дерсу и если бы он был общительнее, вероятно, я
научился бы разбираться в следах если и не так хорошо, как он, то все же лучше, чем другие охотники.